Автор Тема: Сборник (русский язык, литература)  (Прочитано 11076 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
От Оксаны Эдуардовны
Есенин. Часть 1
ЗДЕСЬ

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Клуб 6
ЗДЕСЬ

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Клуб 5
ЗДЕСЬ

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Клуб 4
ЗДЕСЬ

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Клуб 2
ЗДЕСЬ


Клуб 3
ЗДЕСЬ

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Клуб-1 "Бесприданница",  "Снегурочка"
ЗДЕСЬ

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Москва XIX в
В XIX веке Москва считалась тихим патриархальным городом с населением в 250 тыс. человек (с 30-х годов XIX столетия численность достигла 300 тыс.).

Ни помпезной роскоши Петербурга, ни столичных великосветских балов и приемов — одним словом, большая деревня.

Александр Пушкин, описывая прибытие провинциалки Татьяны в дом ее московской тетки, подчеркивал, что девушке приходилось каждый день разъезжать «по родственным обедам», дабы быть представленной «бабушкам и дедам».
Поддержание родственных связей было крайне характерным для дворянской Москвы: здесь все приходились друг другу тетками, племянниками, кузинами и кузенами. Родственники постоянно наносили друг другу визиты и обсуждали последние семейные новости. Интересно, что делалось это, как правило, за чашкой чая: московское дворянство предпочитало именно этот напиток, тогда как в Петербурге знать любила выпить кофе. Что касается еды, то русская кухня была не в почете у московских дворян, более любивших немецкие, английские, французские и итальянские блюда. Причем на дворянских столах обязательно присутствовали вилки, которые вплоть до конца XIX века оставались нетрадиционными столовыми приборами в купеческих домах.

Старшее поколение московских аристократов чувствовало себя в городе вполне уютно: есть нужные связи, есть с кем поболтать и поиграть в карты, но при этом не тревожит столичная суета и шум.

Однако молодые дворяне часто скучали в такой патриархальной и слишком спокойной для них обстановке.

Особенно этот контраст между светской жизнью в Москве и Петербурге становился заметным зимой, когда свой досуг можно было разнообразить разве что святочными гаданиями.

Будь лучше пьяница, да не одевайся по моде

Замоскворечье начало заселяться в начале XIII века, а уже к началу XVII века здесь начинают жить купцы: в этой местности оказались самые дешевые земли, возможно, из-за того, что низинная местность часто подтоплялась, а почвы были глинистыми.
Заречное купечество сохранило патриархальный, степенный уклад быта. Вставали обычно часу в четвертом утра и так же рано отходили ко сну. «Ложатся спать в девятом часу, и в девять часов все Замоскворечье спит.

По улице нет никого, кроме собак. Извозчика и не ищите», — описывал Александр Островский режим дня купечества в очерке «Замоскворечье в праздник».

Особенно отличалась мода жителей этого района. «У нас никогда по моде не одеваются, это даже считается неблагопристойным. Мода — постоянный, неистощимый предмет насмешек, а солидные люди при виде человека, одетого в современный костюм, покачивают головой с улыбкой сожаления; это значит, человек потерянный. Будь лучше пьяница, да не одевайся по моде», — писал знаменитый драматург.

Надо отметить, что Замоскворечье не оставляло равнодушными не только русских писателей, но и иностранных. Например, французский литературный деятель Теофил Готье так отзывался об этом районе: «Нельзя представить себе ничего более прекрасного, богатого, роскошного, сказочного, чем эти купола с сияющим золотом крестами… Я долго стоял вот так, в восторженном оцепенении, погруженный в молчаливое созерцание».
Умели купцы и отдыхать. Так красиво чаевничать могло только степенное купечество Златоглавой.Кстати, в чай никогда не добавляли сахар, поскольку считалось, что это портит вкус напитка: его всегда пили только вприкуску с сахаром.


Конечно, купеческие семьи отдыхали не только дома. Традиционным развлечением были ярмарки и гулянья, которые проходили по главным московским улицам вокруг Кремля, в Сокольниках и в Марьиной Роще, а также в тогдашних пригородах — в Царицыне, Кунцеве, на Воробьевых горах, в Коломенском и Архангельском. Дворяне на лето уезжали в свои загородные имения, так что купцам никто не мешал слушать полковые оркестры, веселиться с цыганами и смотреть вечером на фейерверки.

К середине XIX века в моду у купцов стали входить театры. Причем особой популярностью пользовались пьесы драматического или комедийного характера, напоминавшие ярмарочные представления на бытовые темы.

А вот оперы и особенно балеты — из-за странных костюмов и поведения актеров на сцене — купцы не понимали и недолюбливали.

Постепенно купцы Замоскворечья начали перенимать атрибуты дворянской жизни и устраивать торжественные обеды и балы в своих домах. Впрочем, и тут не обходилось без мещанской специфики. Дома купцов делились на две части — парадную и жилую. Парадная часть обычно обставлялась как можно более роскошно, но не всегда со вкусом. Интересной особенностью было то, что все подоконники в парадных комнатах были заставлены разнокалиберными бутылками с наливками, настойками, медом и т.п. Из-за этого окна открывались плохо и комнаты практически не проветривались. Воздух освежали, окуривая помещения мятой, уксусом или «смолкой» (комком смолы в кулечке из бересты, сверху на который клали тлеющий уголек).



Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля

Московское купечество (история)
(адаптировать, разбить на  тексты)

Еще в годы царствования царя Алексея Михайловича Романова, шведский дипломат Иоганн Филипп Кильбургер, побывав в Москве, писал в своей книге «Краткое известие о русской торговле, каким образом оная производилась чрез всю Руссию в 1674 году», что все москвичи «от самого знатного до самого простого любят купечество, что есть причиной того, что в городе Москве помещается больше торговых лавок, чем в Амстердаме или хотя бы ином целом княжестве».
История собственно московского купечества началась в XVII веке, когда торговое сословие из разряда тяглых людей выделилось в особую группу городских или посадских людей, которая в свою очередь стала разделяться на гостей, гостиную и суконную согни и слободы. Самое высшее и почетное место в этой торговой иерархии принадлежало гостям (их в XVII веке было не более 30 человек). Звание это купцы получали лично от царя, и удостаивались его только самые крупные предприниматели.

Для московского купечества XVII-XVIII веков было характерно отсутствие определенной специализации на торговле каким-либо одним товаром. Даже крупные торговцы одновременно торговали самыми разнообразными товарами, а к этому присоединяли еще и другие операции. Торговля в XVII-XVIII веках в Москве шла прямо на улице или в специальных лавках, расположенных в пределах Гостиного Двора, который был заложен в середине XVI века при Иване Грозном. Главным торговым местом Москвы считался, конечно, Китай-город. Торговых рядов здесь насчитывалось более сотни. О Гостином дворе посланник при дворе Ивана Грозного барон Сигизмунд Герберштейн писал в своих «Записках о Московии»: «Недалеко от великокняжеского замка стоит огромное каменное строение, называемое Гостиным двором, в котором купцы живут и товары свои выставляют».

Интересно, что еще в начале XVIII века, по Указу 1714 года, все московские купцы и ремесленники были обязаны селиться в загородных слободах. Решение о выселении купцов из Китай-города было принято, в том числе, и в связи с тем, что количество московского купечества постоянно увеличивалось. В Китай-городе уже не то что было негде жить, но даже торговать: к этому времени насчитывал 760 лавок, амбаров, палаток и уже не вмещал всех желающих. И это не удивительно, так как к концу XVIII века в Москве проживало более 12 тысяч купцов и членов их семей.

Купечество занимало промежуточное положение между дворянством и крестьянством. Относящееся к привилегированным классам по своему имущественному статусу, оно своими корнями уходило в народные массы. Очень часто купцами становились разбогатевшие крестьяне. С крестьянством купечество, продолжавшее хранить в быту традиции допетровской Руси, было связано и близостью жизненного уклада. В особенности это касалось старообрядческого купечества, а именно к старообрядцам принадлежали богатейшие купеческие фамилии: Морозовы, Мамонтовы, Рябушинские. Это было не случайно. Строгие жизненные правила  старообрядцев в людях определенного склада воспитывали сильный дух и непреклонную волю, способность идти к намеченной цели.

В XVIII-XIX вв. купечество дало множество примеров истинного благочестия. Из купцов происходил величайший святой нового времени преподобный Серафим Саровский. К купеческому сословию принадлежали и многие другие святые и подвижники. На средства купцов возводились и обновлялись храмы.

Аристократия относилась к купечеству с известной долей снисходительности, считая его нравы грубыми, образование — недостаточным. Европеизованной массе разночинцев это сословие также было чуждо главным образом, своей приверженностью старине. О купцах судили по сатирическим образам комедий Островского. С легкой руки Добролюбова в среде революционной интеллигенции укоренилось представление о купеческой среде как о «темном царстве».

Московское купечество впервые заявило о себе как о реальной экономической силе в 1812 г.: на нужды ополчения им была выделена равная с дворянством сумма 500 тысяч рублей. Тогда российское предпринимательское сословие было совершенно пассивно в политическом плане. Но уже через полвека картина стала меняться. Современники ее охарактеризовали как: «Купец идет!». Действительно, представители купечества не только стали проникать и почти безраздельно властвовать в промышленности, но стали заниматься общественной, а затем и политической деятельностью.

Московское купечество, даже крупное, часто ютилось в плохих домишках в Замоскворечье, на Таганке. Накопление капиталов и громадных прибылей обгоняло рост культуры и культурных потребностей. Богатства растрачивались на самые дикие, некультурные выходки. Откупщик Кокорев купил у разорившегося князя дом и поставил около него на улице серебряные фонари, а дворецким сделал обедневшего севастопольского генерала. Один из владельцев фабрики Малютиных прокутил в Париже за один год свыше миллиона рублей и довёл фабрику до разорения.
Развитие капитализма сильно отразилось не только на экономике Москвы, но и на её быте и даже на внешнем облике города. Дворянство окончательно сдаёт свои позиции купечеству и «Москва дворянская» первой половины XIX в. превращается к концу его полностью в «Москву торгово-промышленную». Старинные дворянские особняки скупаются купечеством, уничтожаются и застраиваются доходными домами.

Идеализировать купечество, конечно же, было бы неправильно. Первоначальный капитал ими создавался методами далеко не всегда безупречными и с нравственной точки зрения многие родоначальники купеческих династий были весьма непривлекательны. Однако русский купец, будучи способен грешить, умел и каяться.  Среди них было много меценатов и жертвователей больших сумм на различные общественные учреждения». А заботы о «душе» заставляли именитое купечество при жизни или после смерти передавать миллионные состояния на благотворительность, на постройку церквей, больниц, богаделен. Едва ли найдётся другой город с таким числом «благотворительных» учреждений купечества - Хлудовская, Бахрушинская, Морозовская, Солдатёнковская, Алексеевская больницы, Тарасовская, Медведниковская, Ермаковская богадельни, Ермаковский ночлежный дом, дешёвые квартиры Солодовникова и многие другие. Меценаты и жертвователи, как правило, появлялись не в первом, и даже не во втором, а в третьем поколении купеческого рода. С одной стороны, воспитанные в традициях подлинного благочестия, с другой — получившие прекрасное образование, представители купеческих династий стремились быть полезными обществу. Купеческий синтез европейской образованности и русской церковности был не менее плодотворен для русской культуры, чем дворянский.


Купеческие семьи — семьи патриархального типа, с большим количеством детей. Купеческая семья к тому же была ещё и  семейным предприятием. Некоторые из них стали крупнейшими в России компаниями. После смерти мужа купчихи зачастую продолжали торговую деятельность мужа, несмотря на наличие взрослых сыновей. Дочери купцов в браке могли получать купеческое свидетельство на своё имя, и самостоятельно вели свои дела, и даже заключали сделки с собственным мужем. Разводы были крайне редкими. Разрешение на развод выдавал Святейший Синод. Дети с раннего возраста начинали трудовую деятельность. С 15-16 лет выезжали в другие города для совершения сделок, работали в лавках, вели конторские книги и т.д. Многие купеческие семьи имели «воспитанников» — приёмных детей.

Многие основатели купеческих династий в XVIII веке - начале XIX века были неграмотными. Дети этих основателей династий получили домашнее образование  Однако с 90-х годов культурный уровень значительно возрос. Стали исчезать устои патриархальщины и дикости.  Верхушка московского именитого купечества и крупной промышленной буржуазии вместо прежней малограмотности основателей многомиллионных предприятий, в третьем-четвертом поколении уже приобщалась к благам высокой европейской культуры и образованности, становилась покровительницей науки и искусств, учредительницей учебных заведений, музеев, картинных галерей и др.
Внуки купцов уже учились в университетах, иногда и заграничных.  В XIX веке в городах начали появляться публичные библиотеки. Купцы жертвовали для этих библиотек деньги и книги. Во второй половине XIX века начинает формироваться общественная педагогика. Начинают создаваться Общества попечения образования, которые открывают и финансируют школы, гимназии и библиотеки. Купцы принимают активное участие в создании и финансировании подобных обществ.

Поскольку Москва была крупнейшим центром купечества, деятельность купеческих династий здесь была особенно заметна. Третьяковская галерея, Щукинский и Морозовский музеи современной французской живописи, Бахрушинский театральный музей, собрание русского фарфора А. В. Морозова, собрания икон С. П. Рябушинского... Частная Опера С. И. Мамонтова, Художественный театр К. С. Алексеева-Станиславского и С. Т. Морозова... М. К. Морозова — и Московское философское общество, С. И. Щукин — и Философский институт при Московском университете... Клинический городок и Девичье поле в Москве созданы, главным образом, семьей Морозовых... Солдатенков — и его издательство, и «Щепкинская» библиотека, больница имени Солдатенкова, Солодовниковская больница, Бахрушинские, Хлудовские, Мазуринские, Горбовские странноприимные дома и приюты, Арнольдо-Третьяковское училище для глухонемых, Шелапутинская и Медведниковская гимназии, Александровское коммерческое училище; Практическая Академия Коммерческих наук, Коммерческий институт Московского общества коммерческого образования... были сооружены какой-то семьей, либо в память какой-то семьи...

Известный писатель И. С. Шмелев, также происходивший из купеческой среды, вспоминая подобные деяния своего сословия, писал: «И это — «темное царство»? Нет, это — свет из сердца»

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Мир купечества в комедиях Островского

Купечество у Островского это целый мир, где царят собственные правила и обязанности, обычаи и уставы, нравственные и этические нормы морали. Творчество драматурга было полностью посвящено исследованию жизни купечества.

Это было новым для русской литературной среды, ведь раннее в драматургии, как и всех остальных жанрах, акцент делался в первую очередь на взаимоотношениях внутри дворянства или крестьянства.

Великий драматург поднимал в своих произведениях темы, касающиеся как общегосударственных острых социальных проблем, связанных с укреплением с и становлением купеческого класса, так вопросов, которые стояли перед отдельно взятой личностью. Мир купечества жестокий и принципиальный, здесь действуют свои законы, которые часто идут врознь с духовным мировоззрением человека.

Островский, благодаря своему социальному чутью, смог почувствовать новые перемены в жизни общества. Герои Онегина, Чацкого и Печорина уже теряли свою актуальность, ведь не соответствовали новой социальной среде. Островский создал своего героя, который является ярким представителем эпохи.

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Видеоматериалы

Жесткий романс
(для первого клуба 56.36  -1.0.18)
 

Снегурочка
(для первого клуба 9.28 -12.45)

 

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
"Снегурочка" Диктанты. (Разбить,  сократить)


Красная горка в волшебном царстве Берендея. Лунная ночь. Окруженная свитой птиц, опускается на землю Весна-красна. Лес ещё дремлет под снегом, в стране царит холод. Пятнадцать лет назад у Весны и Мороза родилась дочка Снегурочка, и с той поры разгневанный Ярило-солнце дает Земле мало света и тепла; лето стало коротким, зима — долгой и суровой. Появляется Мороз. Он обещает Весне покинуть страну берендеев. Но кто же будет оберегать Снегурочку? Ведь Ярило только и ждет случая зажечь в сердце девушки губительный огонь любви. Родители решают отпустить дочку в слободку Берендеевку под присмотр бездетного Бакулы-бобыля. Снегурочка счастлива: давно уже её влекут к людям чудные песни пастуха Леля. Поручив Лешему охранять дочку, Весна и Мороз уходят. Приближается толпа веселых берендеев. Они провожают Масленицу, весело приветствуя наступление весны. Бобыль замечает появившуюся из лесной чащи Снегурочку. К великой радости Бобыля она просит взять её в дочки.
По просьбе Снегурочки пастух Лель поет ей, но, заслышав зов веселых подружек, бросает цветок, подаренный Снегурочкой, и убегает. Девушка обижена. К ней подходит давняя подруга Купава: она спешит поделиться своим счастьем — её любит пригожий Мизгирь, и скоро будет их свадьба. Вот и сам жених, явившийся с богатыми дарами. По старинному обычаю он должен выкупить невесту у подружек. Но, увидев Снегурочку, Мизгирь, плененный её красотой, отказывается от Купавы. Обманутая невеста в слезах обращается к пчелкам и хмелю с мольбой наказать обидчика. Народ, возмущенный изменой Мизгиря, советует Купаве просить заступничества у доброго и справедливого царя Берендея.
Царский дворец. Гусляры славят мудрого Берендея. Но на душе у него тревожно: Ярило-солнце гневается за что-то на берендеев. Чтобы умилостивить грозное божество, царь решает завтра, в Ярилин день, обвенчать всех невест и женихов. Вбегает Купава. Она рассказывает о своем несчастье. Негодующий Берендей велит привести Мизгиря и осуждает его на вечное изгнание. Мизгирь не оправдывается. Он только просит Берендея взглянуть на Снегурочку. Красота девушки поражает царя. Узнав, что Снегурочка не ведает любви, он понимает причину гнева Ярилы-солнца. И Берендей объявляет: юноша, который сумеет до рассвета заставить Снегурочку полюбить себя, получит её в жены. Мизгирь просит отсрочить изгнание и клянется зажечь сердце девушки.
Догорает вечерняя заря. Берендеи на поляне в заповедном лесу справляют канун наступающего лета. В награду за песни царь предлагает Лелю выбрать себе красавицу по сердцу. Лель выбирает Купаву. Это до слез огорчает Снегурочку. Появляющийся Мизгирь обращается к ней с взволнованными словами любви, но Снегурочка не может ответить на непонятное ей чувство. Путь Мизгирю преграждает Леший. Он заколдовывает лес, дразнит Мизгиря призраком Снегурочки. На опустевшую поляну выходят Лель и Купава, которая нежно благодарит своего нового жениха за то, что он спас её от позора. Снегурочка, видевшая это, в отчаянии. Она решает просить у матери Весны сердечного тепла.
Ярилина долина. Светает. В ответ на просьбу дочери Весна надевает на неё волшебный венок. Теперь Снегурочка знает чувство любви, и новая встреча с Мизгирем зажигает её ответной страстью. Скоро взойдет солнце, и, помня наставления родителей, Снегурочка торопит возлюбленного бежать от гибельных для неё лучей Ярилы. Но в долину спускается Берендей со свитой. При первых лучах восходящего светила царь берендеев благословляет женихов и невест. Появляется Мизгирь со Снегурочкой. Девушка говорит царю о своей безмерной любви. Однако недолго длится счастье Снегурочки. Узнав горячее человеческое чувство, дочь Мороза стала доступной мести Ярилы. Яркий солнечный луч рассекает утренний туман и падает на Снегурочку. Даже предчувствуя близкую гибель, она благодарит мать за сладкий дар любви. В отчаянии Мизгирь бросается в озеро. Народ поражен. Но мудрый Берендей спокоен: ведь существование Снегурочки было нарушением законов природы; с её чудесной кончиной Ярило перестанет сердиться, и в стране восстановится счастливая жизнь. Лель, а за ним весь народ, запевает хвалебный гимн Солнцу.

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
О Снегурочке


К середине 19 столетия Россия уже вполне европейская страна. Правда, речь идет только о столицах — Санкт-Петербурге и Москве. Отсталая провинция настолько далеко от столичной жизни, как будто это вообще разные государства.
Наступило время развития собственной национальной культуры в рамках общеевропейской. В этом русле много работал Афанасьев.  Автор известного сборника сказок.
Проявил интерес к этим — резко вошедшим в моду — работам Афанасьева и драматург А. Н. Островский, который вошел в мировую литературу как русский бытописатель 19 века, основной жанр творчества которого — реализм. А жанр сказки — уж никак не реализм. Тем не менее модная тема захлестнула и бытописателя драматурга А. Островского.
Основываясь на разработках А. Н. Афанасьева, А. Н. Островский написал пьесу-сказку.

Появление стихотворной пьесы «Снегурочка» было вызвано случайным обстоятельством. В 1873 году Малый театр был закрыт на капитальный ремонт, и его группа переехала в здание Большого театра. Комиссия управления императорскими московскими театрами решила поставить спектакль-феерию, в которой участвовали бы все три группы: драматическая, оперная и балетная.
С предложением написать такую пьесу в очень короткий срок обратились к А. Н. Островскому, который охотно на это согласился, решив использовать сюжет из народной сказки «Девочка-Снегурочка». Музыка к пьесе по просьбе Островского была заказана молодому П. И. Чайковскому. И драматург, и композитор работали над пьесой с огромным увлечением, очень быстро, в тесном творческом контакте. 31 марта в день своего пятидесятилетия Островский закончил «Снегурочку».


http://www.maly.ru/news/3405 (аудио)

Оффлайн Mari

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 20492
    • Просмотр профиля
Диктанты (1 часть)
)сокращать)

Для  диктантов

Действие первое

Действие происходит на площадке перед кофейней, расположенной на берегу Волги. Здесь беседуют местные купцы Кнуров и Вожеватов. В ходе разговора выясняется, что в город возвращается судовладелец Паратов. Год назад Сергей Сергеевич спешно покинул Бряхимов; отъезд был настолько стремительным, что барин не успел попрощаться с Ларисой Дмитриевной Огудаловой. Та, будучи девушкой «чувствительной», бросилась даже догонять любимого; её вернули со второй станции.

По словам Вожеватова, знающего Ларису с детских лет, главная её беда — отсутствие приданого. Харита Игнатьевна, мать девушки, стремясь найти для дочери подходящего жениха, держит дом открытым. Однако после отъезда Паратова претенденты на роль Ларисиного мужа попадались незавидные: старик с подагрой, вечно нетрезвый управляющий какого-то князя и кассир-мошенник, которого арестовали прямо в доме Огудаловых. После скандала Лариса Дмитриевна объявила матери, что выйдет замуж за первого встречного. Им оказался небогатый чиновник Карандышев. Слушая рассказ коллеги, Кнуров замечает, что эта женщина создана для роскоши; она, подобно дорогому бриллианту, нуждается в «дорогой оправе».

Вскоре на площадке появляются мать и дочь Огудаловы, сопровождаемые Карандышевым. Жених Ларисы Дмитриевны приглашает посетителей кофейни к себе на званый обед. Харита Игнатьевна, видя презрительное недоумение Кнурова, поясняет, что «это всё равно, что у нас — обед для Ларисы». После ухода купцов Юлий Капитонович устраивает невесте сцену ревности; на его вопрос, чем же всё-таки хорош Паратов, девушка отвечает, что видит в Сергее Сергеевиче идеал мужчины.

Когда на берегу раздаётся пушечный выстрел, возвещающий о прибытии барина, Карандышев уводит Ларису из кофейни. Однако заведение пустует недолго: через несколько минут хозяин Гаврило встречает всё тех же купцов и Сергея Сергеевича, прибывшего в Бряхимов вместе с актёром Аркадием Счастливцевым по прозвищу Робинзон. Имя книжного героя, как поясняет Паратов, актёр получил из-за того, что был найден на безлюдном острове. Беседа давних знакомых строится вокруг продажи Паратовым парохода «Ласточка» — отныне её владельцем станет Вожеватов. Кроме того, Сергей Сергеевич сообщает, что собирается жениться на дочери важного господина, а в качестве приданого берёт золотые прииски. Известие о предстоящем замужестве Ларисы Огудаловой заставляет его задуматься. Паратов признаётся, что чувствует небольшую вину перед девушкой, однако теперь «старые счёты покончены».

Действие второе
События, разворачивающиеся во втором действии, происходят в доме Огудаловых. Пока Лариса переодевается, в комнате появляется Кнуров. Харита Игнатьевна встречает купца как дорогого гостя. Мокий Пармёныч даёт понять, что Карандышев — это не лучшая партия для такой блестящей барышни, как Лариса Дмитриевна; в её ситуации гораздо полезнее покровительство богатого и влиятельного человека. Попутно Кнуров напоминает, что свадебный наряд невесты должен быть изысканным, а потому весь гардероб следует заказать в самом дорогом магазине; все расходы он берёт на себя.
После ухода купца Лариса сообщает матери, что намерена сразу после свадьбы уехать с мужем в Заболотье — дальний уезд, где Юлий Капитоныч будет баллотироваться в мировые судьи. Однако Карандышев, появляясь в комнате, желания невесты не разделяет: его раздражает торопливость Ларисы. В запале жених произносит длинную речь о том, что весь Бряхимов сошёл с ума; извозчики, половые в трактирах, цыгане — все радуются приезду барина, который, промотавшись в кутежах, вынужден продать «последний пароходишко».
Следом наступает черёд Паратова нанести визит Огудаловым. Сначала Сергей Сергеевич душевно общается с Харитой Игнатьевной. Позже, оставшись наедине с Ларисой, интересуется, долго ли женщина способна жить в разлуке с любимым человеком. Девушке мучителен этот разговор; на вопрос, любит ли она Паратова, как прежде, Лариса отвечает — да.
Знакомство Паратова с Карандышевым начинается с конфликта: произнеся поговорку о том, что «один любит арбуз, а другой — свиной хрящик», Сергей Сергеевич поясняет, что русскому языку он учился у бурлаков. Эти слова вызывают возмущение Юлия Капитоновича, который считает, что бурлаки — это грубые, невежественные люди. Разгорающуюся ссору пресекает Харита Игнатьевна: она велит принести шампанского. Мир восстановлен, однако позже, в разговоре с купцами, Паратов признаётся, что найдёт возможность «потешиться» над женихом.


Действие третье

В доме Карандышева — званый обед. Тётка Юлия Капитоновича, Ефросинья Потаповна, жалуется слуге Ивану, что это мероприятие отнимает слишком много сил, да и расходы чересчур велики. Хорошо, что удалось сэкономить на вине: продавец отпустил партию по шесть гривен за бутылку, переклеив ярлыки.

Лариса, видя, что гости не прикоснулись к предложенным блюдам и напиткам, испытывает стыд за жениха. Ситуация усугубляется тем, что Робинзон, которому поручено напоить хозяина до полной бесчувственности, громко страдает из-за того, что вместо заявленного бургундского ему приходится употреблять какой-то «киндер-бальзам».

Паратов, демонстрируя приязнь по отношению к Карандышеву, соглашается выпить с соперником на брудершафт. Когда Сергей Сергеевич просит Ларису спеть, Юлий Капитонович пытается протестовать. В ответ Лариса берёт гитару и исполняет романс «Не искушай меня без нужды». Её пение производит сильное впечатление на присутствующих. Паратов признаётся девушке, что терзается из-за того, что потерял такое сокровище. Тут же он приглашает барышню ехать за Волгу. Пока Карандышев провозглашает тост в честь своей невесты и ищет новое вино, Лариса прощается с матерью.

Вернувшись с шампанским, Юлий Капитонович обнаруживает, что дом опустел. Отчаянный монолог обманутого жениха посвящён драме смешного человека, который, разгневавшись, способен на месть. Схватив со стола пистолет, Карандышев бросается на поиски невесты и её приятелей.


Действие четвёртое

Вернувшиеся с ночной прогулки по Волге Кнуров и Вожеватов обсуждают участь Ларисы. Оба понимают, что Паратов не променяет богатую невесту на бесприданницу. Чтобы снять вопрос о возможном соперничестве, Вожеватов предлагает решить всё с помощью жребия. Брошенная монета указывает, что на выставку в Париж Ларису повезёт Кнуров.

Тем временем Лариса, поднимаясь с пристани в гору, ведёт непростой разговор с Паратовым. Её интересует одно: жена она теперь Сергею Сергеевичу или нет? Известие о том, что возлюбленный обручён, становится для девушки потрясением.

Она сидит за столиком неподалёку от кофейни, когда появляется Кнуров. Он приглашает Ларису Дмитриевну во французскую столицу, гарантируя в случае согласия высочайшее содержание и исполнение любых капризов. Следом подходит Карандышев. Он пытается открыть невесте глаза на её приятелей, объясняя, что те видят в ней лишь вещь. Найденное слово кажется Ларисе удачным. Сообщив своему бывшему жениху, что он для неё слишком мелок и ничтожен, барышня запальчиво заявляет, что, не найдя любви, будет искать золото.

Карандышев, слушая Ларису, вынимает пистолет. Выстрел сопровождается словами: «Так не доставайся же никому!». Выбежавшим из кофейни Паратову и купцам Лариса угасающим голосом сообщает, что ни на что не жалуется и ни на кого не обижается.